Кузнец и чёрт

В старые времена это было. Жил в нашем городе кузнец. Сам в годах уж был, потому трудился и малого сына к ремеслу приучал, чтоб со временем на того кузницу оставить. Сын – смышленый парнишка, на лету схватывал.

Как-то воскресным днем зашёл старик в церковь. Глядит – а на дальней стене Страшный суд изображён во всех подробностях. Видать, мастер расстарался, не пожалел красок. И, как водится, чёрт намалёван, с рогами да с хвостом, да так искусно, что мороз по коже пробирает.

Другой бы испугался, но не таков был наш кузнец. Стоит, любуется. «Экой красавец! – думает. – Такого бы в подмастерья, по всему видать – не побоится горячего ремесла. Да хоть бы и парсуну с него намалевать, и то добре».

Скоро сказано, да не скоро сделано.

Подступился кузнец к знакомому богомазу. Тот было заартачился: мыслимое ли дело после святых ликов за чертову образину приниматься!

— А кто в церкви Страшный суд живописал, уж не ты ли?!

— Да я... да когда ж это было!..

Уж как его кузнец улестил, про то нам неведомо. Однако намалевал богомаз на дверях кузницы чёртову парсуну в лучшем виде, страшнее, чем в церкви. Теперь, как ни зайдёт старик в кузницу, так с чёртом переглядывается: «Здорово, мол, земляк!» И сразу дело у него спорится, огонь в горне шумит, из трубы дым коромыслом, работа со смыслом. Видно, чёрт пособлял, как умел.

Так-то что не жить?

Ан нет: десяти лет не прошло, захворал старый кузнец, слёг да и помер. Сын в ту пору уже в силу вошёл, отцовское дело принял. Только с малёванным чёртом дружить не захотел. Приходил – не здоровался, добрых слов не сказывал. А то, бывало, и вовсе молотком приголубит чёртову парсуну точнёхонько между рожищ, только кузница гудит. Усмехнётся и за работу примется. И на Христовы дни заглянет молодой кузнец в церковь, поставит всем святым по свечке, а после вернётся в кузню да чёрту в шары наплюет.

Три года терпел нечистик злое отношение, а после вызлобился не на шутку: «Долго ль буду я переживать обиды? Гляди же, парень, отыграюсь на тебе за свою печаль!»

Обернулсячёрт добрым молодцем и прямиком в кузницу направился.

— Здорово, кузнец!

— Здоровей видали!

— Не возьмёшь ли меня в учение? Могу уголь подавать, могу меха раздувать, могу лясы точить, да всё могу!

Обрадовался кузнец. Давно искал себе напарника, а тот уж на пороге!

— Возьму, отчего не взять эдакого удальца?

Зимой дело было, а к весне черт в кузнечном деле так преуспел, что за хозяина половину работы тянул. Тот и доволен! Когда и вовсе в кузницу нейдет, знает: ученик не хуже управится, а может, и лучше. Чёрту того и надо, чтоб выпал случай насолить обидчику!

Вот хозяйничает чёрт в кузнице, а мимо ветхая барыня плывёт, едва ноги переставляет. Черт в окошко выставился и давай зазывать:

— Господа прохожие с кривой да старой рожею, для вас новая услуга в минуты досуга! Обработаем личность за вашу наличность! Подновим изображение, выправим телосложение! Была на ведьму похожа, станешь молода и пригожа!

Барыня остановилась и спрашивает:

— Что за услуга? Не врёшь ли?

А черт поёт-заливается!

— Не желаете верить, извольте проверить! Первому посетителю скидка!

— Сколь возьмешь?

— Да, почитай, даром: ежели со скидкой – полтыщи рубликов!

— Ишь ты, «даром»! Полтыщи!.. Ну да ладно, вот тебе деньги, но гляди не обмани!

— За качество не извольте волноваться, мы свое дело туго знаем!

Взял нечистый деньги, а пока барыня в кузнице обустраивалась да обнюхивалась, послал дворового парня в лавку:

— Одна нога здесь, другая там, доставь мне два ведра молока, а за расторопность поощрю!

Сам ухватил барыню поперк тулова да и спровадил в горн, в жаркое полымя. Старуха ойкнуть не успела, как от неё одни белы косточки остались. Прибегает дворовый с вёдрами:

— Чем это здесь паленым наносит?

— Тебе что за дело? Тряпку в горн обронил!

Выпростал чёрт оба ведра в бадью, выгреб из огня косточки и побросал в молоко. Схватил метлу, какой в кузнице порядок наводил, давай размешивать да приговаривать:

— Мешать-бултыхать, чёрту не отдыхать! Была старая старуха, стала диво-молодуха!

Глядь, а из бадьи уж барыня выбирается, живёхонька, здоровёхонька, молода и пригожа, на картинку похожа.

-

Прибралась, припудрилась, волосы пригладила. Села в коляску и домой отправилась. Заходит в комнаты, а там старый барин сидит, трубку покуривает. Увидал такую красу и трубку изо рта на пол обронил.

— Ну? – говорит барыня. – Аль не узнаёте меня, сударь? Это я, супруга ваша. Была стара да отвратна, стала хороша да статна. Нынче муж ветхой да больной не к лицу мне, молодой. Сей же час ступайте, друг мой, в кузницу, пускай и Вас в молодого перекуют.

— В своём ли Вы уме, сударыня? – взъерепенился было барин. – Как такое возможно, чтобы старый матерьял да по-новому заиграл?

А барыня ему посулила:

— Коль вздумаете перечить, соберу саквояжик и мигом уметусь в Париж да Лондон, там на таку конфету млады охотники сыщутся.

И в своих покоях заперлась.

Повздыхал старый барин, поохал. Ан делать нечего, сел в коляску и поехал кузнеца искать.

А кузнец в эту пору с делами покончил и решил проведать, как ученик без него управляется. Глядь – ученика и след простыл, кузница настежь, только бадья с молоком посерёдке стоит. Удивился кузнец, почесал затылок и принялся за дело, как прежде бывало, в одиночку. Только молот стучит да железо скворчит.

Тут двери разлетаются и вползает старый барин, пыхтит да сморкается, от сквозняка шатается.

— Здесь, – спрашивает, – стариков на молоджь перелицовывают?

— Да ты в уме ли, барин? – дивится кузнец. – Нешто такое бывает?

— Слушать сей вздор не желаю! Старой барыне образину выправил? Вот и я желаю омолодиться, не то она меня со свету сживёт, а уж я на тебе отыграюсь!

— Какая образина? Какая барыня?! Я её и в глаза не видывал...

— Ну, стало быть, работник твой причастен. А уж коли он справился, ты и подавно совладаешь. Принимайся за дело да гляди лентяя не празднуй!

Совсем потерялся кузнец. Не знает, за что и схватиться. А дворовый парень ему в окошко знаки подаёт: слушай, мол, расскажу, как дело было. Послушал кузнец и вовсе руки опустил. А барин разошёлся не на шутку: пар из ушей валит да искры летят, чисто самовар.

«Добро же, – думает кузнец. – Попытаю счастья, авось кривая и вывезет. Не пропадать же зазря!»

— Ну, барин, скидывай портки, молодить тебя будем.

Того и просить не надо: сам распрягся и в горн полез. Рявкнул два раза и затих... Собрал кузнец косточки и в бадью с молоком зарядил. Ждёт-пождёт, когда молодой барин наружу засобирается.

Барыня ждать утомилась, посылает слугу в кузницу узнать, когда нового барина изготовят да предъявят.

— Осечка вышла, – говорит кузнец. – Не удался опыт, так что барин ваш ни к обеду ни к ужину не прибудет.

Не сказать, чтобы молодая барыня сильно огорчилась. Но для порядку затужила, заревела:

— На кого ты меня покинул, сокол ясный? Да как же я одна с имением управлюсь? Да кто за квартиру городску платить станет?!

Набежали служивые люди, сгребли кузнеца и повлекли в околоток. Посадили в холодную клеть. Сидит кузнец, горюет.

Тут заходит главный околотошный, усатый да пузатый, стоит-ухмыляется. Пригляделся кузнец – а это его ученик, даром что поперёк себя шире разъелся. А личность его лукавая точь-в-точь с чёртовой парсуны списана.

— Узнал? – спрашивает околотошный. – За все свои обиды теперь с тобой разочтусь.

— Так вот это чьи каверзы, – говорит кузнец. – Ведь я тебя холил да лелеял, к ремеслу приучал, за стол сажал, за меньшого брата держал! А ты эвон как меня отблагодарил! Ну да что с чёрта взять...

Нечистый услыхал такие слова и сделался темнее тучи. Видать, даже ему совестно стало.

— Ладно, – говорит. – За непочтение я с тобой поквитался. Но и добро твоё помню, нешто я нехристь какой?

— Знамо дело нехристь, – в сердцах отвечает кузнец. – Ступай с глаз моих!

Ухмыльнулся черт и удалился из околотка. Сидит кузнец в холодной клети, скучает.

Черт опять в молодца перекинулся и бегом в кузницу. Схватил метлу, в бадье ворошит да приговаривает:

— Мешать-бултыхать, черту не отдыхать! Был старый старик, стал чудо-чаровник!

Тут и барин из бадьи полез, справный да гладкий, на забавы падкий.

— Ух, – говорит. – Как будто заново на свет родился. Не желаю взаперти прохлаждаться, желаю кутить и развлекаться! Где тут у вас ресторан да кафе-шантан?

— Побойся бога, – отвечает черт. – В нашем городишке отродясь этаких злачных мест не держивали! А вот околоток нам с тобой непременно нужно посетить.

Вставились в коляску и покатили в околоток. Заходит барин внутрь и с порога громыхает:

— Чтой-то вы тут себе дозволяете, служивы люди? Невинных тружеников притесняете? Этак и до греха недолго. Сей же час выпроваживайте кузнеца на волю, у меня вон рессора у коляски совсем худа сделалась.

В околотке забегали, вынули кузнеца из холодной клети и с извинением на улицу вытолкали.

— Прощай, – говорит ему черт. – Не сладилось у нас, как с твоим отцом. Ищи себе другого помощника. Твое дело – железо ковать, а мое – грешны души собирать.

На том и расстались.

Барин приезжает к своей барыне-красавице. Она к нему на шею кидается, ластится да мурлычет. А барин спрашивает:

— Куда вы там собирали саквояжик, сударыня? В Париж али в Лондон? По тому адресу и выметайтесь. Не мил я, вишь, сделался, молодого ей подавай. Я и сам теперь жених хоть куда, а вы мне за эти годы надоели хуже редьки.

И разбежались в разны стороны, как кошка с собакой. Добра от чертовых подарков не жди, про то в нашем городе всякий знает.

Над сказкой работали

Евгений Феоктистов Автор адаптации

В.И. Ткаченко Художник-иллюстратор

Н.А. Богатов Художник-иллюстратор

Ваш комментарий